Print

Aleksis Kivi

Original Text

Du zähl die Wälder Kareliens, auf allen

Schwenden Suomis schlaf, über die Seen

fliege, Hahn, goldfarben

und mit Flügeln aus Räuberlicht.

 

Oder komm mit mir,

einen Jungen werden wir suchen,

im Dorf vor der Ödmark des Flickschneiders Jungen, der geht

fort in die Stadt, Steinhäuser zu sehn, an den Mauern

hinzustreichen, wie Schwalben

hungrig, mit dünnen Blicken

folgt er heiter dem Wanderschrei.

 

Singt er in der Schenke?

Und singt er Kullerwos

schreckliches Lied: Ach, Hühnchen, Schwester -?

Lacht er im stiebenden Heidesand?

 

Ach, die dunkle Schönheit wird aufgetan der sieben

Landschaften. Himmel, geöffneter

Himmel schlägt herab. Die Wälder

stehen im Glanz.

 

Unter den Stürmen bald, die Arme geschlagen

um das gemarterte Haupt, an der Hüttenwand

lehnt er, zieht ein Moos aus der Fuge, schreibt

in die Luft einen Namen schräg.

 

Über die Seen

bist du geflogen, Goldhahn,

über die Moore,

schläfst auf dem Sagenstein.

Deines Roggenvolks Herz, das schöne Gefild,

tönt, um Jukolas Hof

blühen die Regen.

 

© 1998, Deutsche Verlags-Anstalt, München,

in der Verlagsgruppe Random House GmbH

Russian

Алексис Киви
Translated by Sergey Moreino
Алексис Киви
Translated by Vyacheslav Kupriyanov


Леса Карелии ты сочти, на всех

сечах Суоми поспи, над озерами

пролети, петушок, золотой

с крылом разбойничьего отлива.

 

А то дуй со мной,

пойдем парнишку поищем,

в селе на глухой версте портняжкина сына, что в город

собрался, каменные стены увидеть, по валам

побродить, словно ласточка

алчный, с цепким взглядом,

смело следует он тревожному зову.

 

Не стал ли он петь в корчме?

И поет ли он жуткую

песнь Куллерво: Ты ж, курочка, белые серьги –?

Его ли это смех в зыбучих песках?

 

Ты ж, дремучая красота, поделена меж семью

братьями. Небеса, распахнутые

небеса повержены ниц. Стоят

леса в сиянье.

 

Грянут бури вот-вот, обовьют измученную

голову руки, к стене хижины он припадет,

выщиплет мох из пазов, выпишет в воздухе

наискось одно имя.

 

Над озерами

ты пролетел, золотой гребешок,

над болотами,

и спишь на горючем камне.

Твое крупитчато-ржаное сердце, чудная нива,

звучит, в усадьбе Юкола

дожди зацветают.


Сочти все леса Карелии, во всех

выкорчеванных снах суоми, над озерами

лети, петух в золотых перьях

на крыльях из хищного света.

 

Или иди со мной,

мы будем искать юношу,

того из подмастерьев сельского портного, что прочь

ушел в город, увидеть каменные дома, скользить

вдоль стен, как ласточки,

голодный,  с острым взглядом,

он бодро следует зову странствий.

 

Поет ли он в шинке?

Или он поет из Калевалы

страшнейшую из песен: Ах, курочка, сестра - ?

Или смеется на ветру в песчаных дюнах?

 

Ах, темная красота пронзает семь

ландшафтов. Небо, распахнутое

небо рушится. Леса

стоят, сияя.

 

Скоро в бурю, руками обняв

измученную голову, прислонившись

к стене хижины, мох вынимая из щели, он

впишет в воздух имя наискосок.

 

Над озерами

ты пролетел, золотой петух,

над болотами,

ночуя на камне легенд.

Твоего ржаного народа сердце, поле благое,

звучит, вокруг двора родного

расцветают дожди.

 

Сочти все леса Карелии, во всех

выкорчеванных снах суоми, над озерами

лети, петух в золотых перьях

на крыльях из хищного света.

 

Или иди со мной,

мы будем искать юношу,

того из подмастерьев сельского портного, что прочь

ушел в город, увидеть каменные дома, скользить

вдоль стен, как ласточки,

голодный,  с острым взглядом,

он бодро следует зову странствий.

 

Поет ли он в шинке?

Или он поет из Калевалы

страшнейшую из песен: Ах, курочка, сестра - ?

Или смеется на ветру в песчаных дюнах?

 

Ах, темная красота пронзает семь

ландшафтов. Небо, распахнутое

небо рушится. Леса

стоят, сияя.

 

Скоро в бурю, руками обняв

измученную голову, прислонившись

к стене хижины, мох вынимая из щели, он

впишет в воздух имя наискосок.

 

Над озерами

ты пролетел, золотой петух,

над болотами,

ночуя на камне легенд.

Твоего ржаного народа сердце, поле благое,

звучит, вокруг двора родного

расцветают дожди.

  • Country in which the text is set
    Finland
  • Featured locations

    Suomi - Finland - Finnland
    Häme (Tavastland)
    Karelia

  • Bibliographic information

    First published 1960 in the annual „Jahresring. Beiträge zur deutschen Literatur und Kunst der Gegenwart 60/ 61“, 1961 in Bobrowski's first collection of poetry „Sarmatische Zeit“. Cf. Johannes Bobrowski: Gesammelte Werke in sechs Bänden, hg. von Eberhard Haufe, Bd I. Berlin bzw. Stuttgart 1987, S. 40; Erläuterungen: Bd. V. Stuttgart 1998, S. 48-50.

  • Translations
    Language Year Translator
    Finnish Aale Tynni
    Finnish 1990 Paavo Rintala
    Swedish 1968 Jan Andrew Nilsen & Sebastian Lybeck
  • Year of first publication
    1960
  • Place of first publication
    Stuttgart